Семён с удовольствием размял спину. Где-то в толще его необьятной спины хрустнул позвонок, и мир звонко встал на место. “Настройка Радио Жизни на нужную волну” как он это называл было произведено. Полкан уже радостно крутился возле стола на котором всё ещё оставались остатки нехитрой закуски и наполовину початая трёхлитровая утыль самогону.
- Эх ты попрошайка, - Сёма расплылся в улыбке и схватив кусок сало бросил его в жадную разинутую пасть.
- Испортишь же ему желудок, - укоризненно подал голос дед Трофим с печки. - Собакам нельзя жирное кушать. У них пищевой тракт не так устроен.
- Эх, вы, профессор Спиридонов, не вы ли часом вчера, тут свой желудочный тракт переустраивали, когда отраву сию глотали? - Сёма широко улыбнулся, энергично одеваясь в толстые штаны, свитер на голое тело, нелепую фуфайку с сериёным номером и нахлобучив шапку ушанку добавил. - А Полкан у меня просто сало любит. И чхать хотел он на весь желудочный тракт и проктологию…
- Я был энтерологом! - возмутился Трофим. Но Сёма напялив валянки и подцепив ружьё уже выскочил во двор и весело что-то насвистывая побежал гремя ведрами в сторону родника. Полкан радостно помчался за ним следом.
Сёма вырос в лесу. И в свой 35 он даже не разу не был в городе что был всего в 20 км от его леса. Ему хватало того что у него есть. И чхать он хотел на остальной мир.
Уже подходя к роднику, Сёма заметил что похоже миру как раз таки не наплевать на него. “Добрые люди” опять травили воду в роднике. 25 лет назад когда Сёма ещё был мальчишкой. Такой вот родничок отравил всю его семью. Оставив в живых только его и деда Трофима. И вот похоже сегодня эти же люди пришли за оставшимися из семейства Боровых.
- Ну уж нет, гады, - в глазах Сёмы внезапно вспыхнула такая ярость, что даже преданно Полкан с визгом отшатнулся от него.
- Тише, мальчик, тише, - Сёма быстро похлопал пса по лобастой морде. И вскинул ружье к плечу. В тот самый миг немцы уже вытащили на центр опушки какую-то девушку. “Местная партизанка” решил Сёма.
- Даа, похоже сегодня ты станешь героем, Сёма, - сказал он себе глядя как первый из немцев заваливается от его выстрела. Но что это? Похоже ещё кто-то кроме него стрелял в немцев. Партизаны? А впрочем какая разница? С одного родника воду пьём. А это роднит. Сёма сделал последний выстрел и когда все немцы получив панацеи из ружья, лежали на земле, Сёма высоко подняв руки вышагнул на опушку
- Не стрелять! Я свой!
Еще по теме:
- None Found
Popularity: 16%